Они все герои – участники обороны Брестской крепости... 85 лет прошло с начала Великой Отечественной войны, и память о защитниках границы Советского государства должна продолжаться... При поддержке Президентского фонда культурных инициатив 10 канал и Государственный архив республики снимают документальный фильм об уроженцах Мордовии, защитниках Брестской крепости. Значительная часть съёмок проходит в Мемориальном комплексе «Брестская крепость-герой». У его директора Александра Коркотадзе мы спросили, как сегодня сохраняют историю подвига.
– 2026 – год круглых дат. Исполнилось 85 лет с начала Великой Отечественной войны, 70 лет Музею обороны, и 55 лет прошло с открытия Мемориального комплекса «Брестская крепость-герой». Как сегодня развивается Мемориал, на какие традиции опирается?
– Очень важная для нас задача – сохранить и приумножить наследие Брестской крепости, накопленное поколениями сотрудников Мемориала, которые много сделали для сохранения исторической памяти, и Музей обороны – тому свидетельство. Когда в далёком 1956 году его первый директор капитан Аркадий Анисимович Крупенников с немногочисленной группой сотрудников собирал первые материалы об обороне Брестской крепости, постоянно приезжали защитники крепости, вели переписку. А многочисленные экскурсии, которые тогда проводили сотрудники мемориала! Это был большой труд.
Собранные тогда материалы по обороне Брестской крепости сейчас составляют самый важный наш массив, на котором зиждется всё, что сейчас мы делаем.
В последние десятилетия тематика исследований расширилась, в фокусе внимания – история, строительство и фортификационные особенности крепости, Первая мировая война. Ведётся архивная работа в белорусских, российских, немецких и других зарубежных архивах.
И, конечно, идёт музеефикация, потому что Мемориальный комплекс – один из наиболее интенсивно развивающихся музеев Беларуси, и это позволяет отстаивать правду о подвиге защитников Брестской крепости, о решающем вкладе советского народа в разгром фашистов, который сейчас оспаривается на Западе.
– Когда на этапе разработки гранта сотрудники архива Мордовии созванивались с научными сотрудниками Брестской крепости, те отметили, насколько важно не искажать правду. И в частности разговор касался Героя Советского Союза Андрея Кижеватова, других защитников крепости. А как часто Вы сталкиваетесь с фальсификацией истории?
– Вопрос комплексный. На Западе могут врать, фальсифицировать, замалчивать. Но главное, чтобы мы правду соблюдали. Хочется, чтобы наши историки, журналисты ответственно подходили к написанию книг, к съёмкам репортажей. Потому что каждое неловкое слово, чуть не досказанное, чуть искаженное, бьёт по нам. Важно взвешенно подходить к каждому слову, к музейному экспонату, рассказу о нём, к созданию новых экскурсионных маршрутов.
А оппоненты, повторяю, у них задача показать, что Брестская крепость – миф, что якобы не было героической обороны, что этот миф создала советская пропаганда. Но мы-то знаем, когда исследуем и советские документы, и немецкие, воспоминания защитников крепости, участников штурма с немецкой стороны, дневники, героизм зафиксирован с двух сторон. Поэтому мы горько шутим, что и нам опять приходится вести оборону, только уже в мирной стране, в Беларуси, в сфере исторической памяти. Мы, кто прошёл ещё советскую школу, это учили, ездили сюда. А сейчас дети часто черпают непроверенную информацию из Интернета. Поэтому задача – показать молодёжи, что в нашей истории много событий, которыми нужно гордиться, что сохранять, чему сопереживать.
– Интересно, нас обвиняют, что мы создаём миф о крепости-герое, а было время, что не знали о подвиге защитников крепости, и писатель Сергей Смирнов вернул их имена из небытия.
– Видите ли, тоже не совсем так. Я говорю, большое видится на расстоянии. Прошло всего несколько лет после окончания Великой Отечественной войны, когда сюда, ещё при Сталине, в конце 40-х годов, были направлены музейщики из Москвы, Центрального музея Советской Армии. Появились материалы. Первые находки сделаны ещё в 1949 году. Но нужен был талант такого уровня, как Сергей Сергеевич Смирнов, чтобы поднять тему на высоту, которую он ей придал. Поэтому уверен, что в любом случае об обороне Брестской крепости было бы известно в Советском Союзе.
Но тема 1941 года и тема обороны крепости – до сих пор незаживающая рана. Поэтому даже сейчас еженедельно получаем письма уже от правнуков с просьбой установить судьбу пропавшего близкого человека. Иногда нам удаётся вырвать имя человека из небытия, установить его судьбу.
– Каким образом, откуда такие ресурсы? И ведутся ли раскопки сегодня?
– Ведутся. Территория Брестской крепости – почти 4 км². Перекопать её всю нет возможности. Здесь и культурные слои древнего города, начиная с X века, поэтому просто так копать нельзя. Когда в ходе ремонтных работ находят останки бойцов, или мы точно устанавливаем: есть воронка, в которой, возможно, после захвата крепости захоронены останки бойцов, тогда вызываем 52 специализированный поисковый батальон Вооружённых Сил Республики Беларусь, который проводит раскопки.
В этом году накануне Дня Победы захоронены останки ещё семи защитников крепости, тела, обнаруженные в ходе земляных работ в Брестской крепости. Таким образом под плитами мемориала сейчас покоятся останки 1055 человек. По немецким документам наши пленные солдаты под наблюдением фашистов захоронили в крепости, в ее руинах, около 2 тысяч погибших. Ещё сотни останков, предполагаем, находятся в этой земле, и поисковая работа продолжается. Кроме того, изучаются архивы, переписка Сергея Смирнова.
Защитники Брестской крепости – солдаты и командиры 30 национальностей! И сегодня мы ведём счёт наших уроженцев – участников обороны из Мордовии, Татарстана, других регионов и стран. Каждый хочет отметить своих героев.
Вы с пониманием относитесь к таким запросам, найти документы о своих?
– Это хороший вопрос. И острый вопрос. Когда я пришёл работать в далёком 2003 году в Брестскую крепость, мы тоже отвечали по национальностям по этим запросам. Но всё равно казалось главное, что это бойцы и командиры Красной армии, что они были вместе. Поэтому я всегда говорю, что мы не имеем права забывать, откуда они были призваны, какой национальности, в какой среде росли. И в тоже время не имеем права разделять по национальным квартирам. Для нас они все – защитники крепости, павшие, оставшиеся в живых, победившие. Но первично то, что они – воины Красной армии. И далее уже идёт их национальность, народность.
В советское время это не так было важно. Был интернационализм и больше говорили, что это воины Красной армии, из какого города они, из какой области, но национальность не выходила на первый план. И мне сейчас тоже не хотелось бы, чтобы это стало главным. Это очень важно, но не на первом плане. Хотя у нас без этого тоже не понять Победу в Великой Отечественной войне. Мы всегда говорим: каждая республика внесла свой неоценимый вклад.
– Показательна судьба нашего общего героя Андрея Митрофановича Кижеватова. Его чтят как героя и уроженца Пензенской области, он мордвин-мокша, и в Мордовии его также ценят и помнят. В Бресте его имя встречается буквально повсюду. В интервью Вы не раз говорили, что Кижеватов, его личность Вам особенно импонирует. Чем?
– Да всем! Нельзя сказать, что Андрей Кижеватов – только мордвин или только уроженец Пензенской области, или только защитник Брестской крепости. Каждый этап его жизни формировал будущего героя. Он – многодетный отец, любящий муж, заботливый сын, мама его была вместе с ним в крепости. Он строгий, но справедливый командир, который умел поставить задачу боевую так, чтобы они её выполнили. О нём я читал только положительные отзывы бойцов. Человек, который до конца был предан своему воинскому долгу. Настоящий пограничник, а зелёная фуражка, поверьте, ко многому обязывает и в наше время. Брест – пограничный город и крепость, поэтому в личности Кижеватова сошлось много факторов, которые делают его одним из любимых моих героев в истории защитников Брестской крепости. В судьбе Андрея Митрофановича, как в капле воды, отразилась трагедия Великой Отечественной войны.
– В июне этого года в Брестской крепости открылось новое памятное место – мемориал «Скорбь». И главное, увековечены имена воинов, погибших в плену…
– Мы давно об этом уже думали. И наши сотрудники, работавшие здесь ещё в 50-е, домемориальные годы, и когда Мемориальный комплекс открыли, всегда мечтали увековечить этих людей, погибших в плену, но выполнивших долг при обороне крепости. Получалось так: мы знаем их судьбу, но даже таблички нет. И куда было цветы возложить их родным и близким? Не только же в музеях. В музее часто к фотографиям людей возлагали цветы и корзинки ставили, и оставляют цветы до сих пор. И наконец, когда в 2020 году открыли экспозицию «Оборона Восточного форта», тогда впервые увековечили имена именно пленённых при обороне Восточного форта, но мы считали, нам этого мало.
К счастью, благодаря финансированию, которое осуществляла Россия и Беларусь в рамках Проекта Союзного государства, 21 июня 2026 года открыта Мемориальная зона «Скорбь». Рядом с бронзовой фигурой скорбящей о погибших во время войны женщины – Стена памяти, на которой увековечено 71 имя, в том числе 14 – с мемориальных плит Мемориального комплекса тех защитников, которые долгое время считались погибшими при обороне крепости, но сегодня, благодаря архивным данным, установлен факт их гибели в плену. Понимаете, как это важно. И в том числе увековечено имя уроженца Мордовии сержанта Василия Степановича Макейкина. Он из Ельниковского района, 1919 года рождения. И мы будем продолжать искать имена не только тех, кто погиб при обороне Брестской крепости, но и тех, кто здесь сражался, попал в плен и погиб в плену.
Думаю, наши граждане должны знать, что, по подсчётам историков, 57% попавших в плен военнослужащих Красной армии, были замучены фашистами. 57% процентов! И они тоже нуждаются в увековечивании, в нашей памяти о них.
