Евсевьев даже в тюрьме занимался ликвидацией неграмотности сокамерников. А за него хлопотали Луначарский и Крупская

23 Мая, 11:58

Острый интерес к жизни и деятельности Макара Евсевьевича Евсевьева у меня пробудился после знакомства с его неповторимой «Мордовской свадьбой». Поразило, как он красиво описывал самобытность, ритуалы древней мордвы, с особой трепетной любовью к своему народу. Повествование там идет в стихотворном стиле, параллельно на двух языках (русском и мордовском), рассказывается: как проходило сватовство, о подготовке к свадьбе в доме жениха, в доме невесты, о прощании с девичеством, приезде свадебного поезда. И все это: красочно, сочно, необычно, своеобразно, совершенно не похоже на другие фольклорные произведения. Яркий пример устного поэтического творчества мордвы. Написано не общо, а с постоянными сносками, пометками, типа «…а это до сих пор практикуется в селах Краснослободского района…» или «… этот обычай был обнаружен в деревне …Большеберезниковского района…». Сразу ясно, что писал знаток своего дела, ученый с очень большой буквы.

Макар Евсевьев – ученый – энциклопедист, фигура, значимая для просвещения мордвы, человек, формировавший этническое самосознание своего народа. По своей величине и частоте упоминания просветитель вполне может быть сравним с великим Эрьзей. Он не менее велик. Родился Евсевьев в 1864 году в селе Малые Кармалы (по-мордовски Цярмун) Муратовской волости Буинского уезда Симбирской губернии (ныне Ибресинский район Чувашской Республики) в многодетной крестьянской семье, а умер в 1931 году в Казани, где и был похоронен на Арском кладбище. В минувшем году исполнилось 155 лет со дня его рождения. А во время одного из прошлых юбилеев, 140-летия в 2004 году, мордовская республиканская ученая элита решила, что должна восторжествовать историческая справедливость и великий мордовский просветитель должен быть похоронен в мордовской земле. И именно в тот год, объявленный Годом мордовского национального просветительства, состоялось перезахоронение праха Макара Евсевьевича на мемориальном кладбище Саранска, рядом с Эрьзей, Кирюковым, Яушевым. Мордовский народ помнит и чтит память первого национального просветителя. Ему и посвящен наш очередной материал из рубрики «Наши знаменитые земляки». Несмотря на то, что родиться и умереть Евсевьеву суждено было на чужой стороне, вся его жизнь и деятельность были неразрывно связаны со своим народом.

Макар Евсевьевич появился на свет в крестьянской семье Евсевия Тихоновича и Ирины Петровны Кобаевых. Разность фамилий с родителями объясняется тем, что по чувашским традициям (а жили они на чувашской территории) фамилия человека определялась по имени его отца. В семье было 14 детей, жили дружно, несмотря на постоянную нужду и бедность. Макар уже в детстве привык к крестьянскому труду, которого не чурался и в зрелом возрасте, будучи профессором и довольно известным человеком. Его родители, несмотря на тяжелую работу, не очерствели душой, знали и любили национальное искусство, мордовское народное пение. Их память хранила огромное количество песен, легенд, сказок, других образцов мордовского фольклора. Ирина Петровна хорошо знала обычаи и ритуалы мордвы, и как свидетельствует сам Евсевьев, «Мордовская свадьба» большей частью записана с ее слов. Памяти своей «дорогой и незабвенной матери» он и посвятил эту книгу, как «признательный и почтительный сын».

Жизнь Евсевьева лишний раз доказывает, что по-настоящему талантливый человек всегда может пробиться, несмотря на все препоны, встречающиеся на пути. Всегда найдет возможность послужить людям. Путь с самых низов наверх прошел первый русский ученый-естествоиспытатель Михаил Ломоносов, а через сто лет его повторил мордовский педагог – просветитель Макар Евсевьев. Что характерно, свое образование он начал по разверстке, в Шераутском двухклассном училище, в семи верстах от своего села. В ту пору Малые Кармалы оказались под угрозой штрафа и должны были прислать в русскую школу двух мальчиков. Эта повинность для крестьян была сродни воинской, ее старались избежать, а коли не получалось, то провожали всем селом с плачем, как «в солдаты». И надо отметить, что учеба в школе велась на русском языке, что было нелегким испытанием для мордовского мальчика. Но учился он хорошо, показав прилежность и большие способности. Сельские учителя советовали Евсевию Тихоновичу продолжить образование сына, для этого были все основания и предпосылки. Но его попытка поступить в Симбирскую школу закончилась неудачей, решили, что не судьба, и он, по примеру старших, занялся обычным сельским трудом. С подобным положением дел не смирилась его мать и два года спустя, несмотря на протесты и уговоры родных, одобрила его выбор, отпустила учиться в далекий город Казань, куда 14-летний юноша отправился пешком. Учиться Макар продолжил в Казанской инородческой учительской семинарии, которая и образована была для подготовки учителей для национальных школ Поволжья. Тяга к наукам и успешное постижение знаний сказались и здесь. Особой его любовью пользовались гуманитарные науки, в частности филология. Помимо мордовского языка, он в совершенстве изучает русский язык, латынь, греческий, татарский и чувашский.

Обучение Евсевьев заканчивает с отличием, и его оставляют работать учителем мордовской группы начальной школы при семинарии. Помимо преподавания, он начал заниматься научно-исследовательской работой. Он принимал участие в этнографической экспедиции по мордовским селеньям, организованной финским ученым Гейкелем. Его тогда заинтересовала этнография, сохранились сделанные им съемки вышивок, узоров женской одежды, украшений и быта мордовского народа, а также татар, чувашей, мари, коми-пермяков. Следует отметить, что фотодело он освоил в 1880-х годах, усвоив его незаменимость в исследовательском деле. Макару Евсевьевичу суждено было стать первым национальным фотографом. Его снимки, сделанные во время экспедиций, вошли в альбом, представленный на Всероссийской промышленной и художественной выставке в Нижнем Новгороде. Фотоальбом знакомил с малыми народами, живущими в Поволжье. Затем он выставлялся в Париже. Итогом участия в двух выставках были золотые медали.

В 1879 году при Казанском университете было организовано общество археологии, истории и этнографии. Одним из направлений деятельности этого общества стало собирание фольклора, причем, не только русского, но и других народов, населяющих Россию. Биографы Евсевьева отмечают, что в ходе своих исследований ученый посетил несколько сотен деревень не только Мордовии, но и Чувашии, Башкирии, Татарии, а также ряда областей с компактным проживанием мордвы. Отовсюду он возвращался с записями, фотографиями, экспонатами, предметами быта и материальной культуры мокши и эрзи. При обществе издавался журнал «Известия археологии, истории и этнографии», в котором Макар Евсевьевич печатал свои исследования: мокшанские и эрзянские народные песни, сказки, пословицы. Его фотографии и экспонаты были размещены в музеях разных городов. Кстати, они хранятся там до сих пор.

Казанская инородческая учительская семинария создавалась как центр миссионерской педагогики, специализирующийся на подготовке учителей для национальных школ, способных нести в народ идеи самодержавия и православия. Создатель семинарии и ее директор Н.И. Ильминский привлек молодого и талантливого специалиста к переводческой деятельности, прежде всего религиозной литературы. В то время Макар Евсевьев перевел на мордовские языки «Ветхий Завет», «Евангелие от Матфея», «Евангелие от Марка», «Евангелие от Луки», «Евангелие от Иоанна», «Молитвы и церковные песнопения», «Крещения при святом князе Владимире» и другие. Его переводы оказали большое влияние на развитие мордовского письменности, становление национальной грамматики.

Следующим шагом в начале 90-х годов XIX века было создание учебной литературы. Под руководством Евсевьева были изданы буквари для мокшан и эрзян, учебники русского языка для мордвы. Ему казалось, что мордовская начальная школа была развита значительно слабее по сравнению с другими национальными школами. В основе царской политики народного образования нерусских народов было насаждение православия, русификация и полнейшее невнимание к развитию национальных школ. Это необходимо было восполнить. Нужны были народные учителя. В этом случае принесла свои плоды его преподавательская деятельность, Макару Евсевьевичу довелось воспитать целую плеяду родоначальников мордовской интеллигенции, национальных педагогов, широко известных как в нашей республике, так в целом по Поволжью. Среди воспитанников Евсевьева были Е.В. Скобелев, П.С. Глухов, З.Ф. Дорофеев, И.Ф. Прокаев, Л.П. Кирюков и многие другие. С подготовкой национальных учителей М.Е. Евсевьев связывал, в первую очередь, расцвет культуры и просвещения народов Поволжья и отдавал этому много сил. Впоследствии он гордился тем, что его питомцы встали у истоков национального просвещения и культуры – мордовской литературы и журналистики, науки и просвещения, музыки и педагогики.

Биографы Евсевьева часто обращают внимание на его широкий кругозор, отмечают его активное сотрудничество с ведущими учеными того времени, филологами Ф. Д. Батюшковым, А. А. Шахматовым, Д. В. Бубрихом, с этнографами Н. Ф. Катановым, И. Н. Смирновым, Б. Ф. Адлером, с педагогами и методистами Н. А. Бобровниковым, Н. В. Никольским, И. С. Михеевым, с финскими учеными Х. Паасоненом, А. Гейкелем и др. Многолетняя творческая педагогическая деятельность мордовского просветителя была отмечена официальными и весомыми для того времени наградами. Уже к пятидесяти годам ученый имел ордена святого Станислава III степени, святой Анны III степени, Серебряную медаль в память императора Александра III. Пройдя все ступени Табели о рангах, он обладал чином коллежского советника, что соответствовало VI классу и давало право личного дворянства.

Февральская революция 1917 года была встречена Евсевьевым с надеждой на новые перемены и преобразования в обществе. Он по примеру других интеллигентов дал клятву на верность Временному правительству. Новая власть сделала возможным развитие национального просвещения и самоуправления. В мае 1917 года в Казани состоялся Съезд мелких народностей Поволжья. Делегатами съезда стали представители национальной интеллигенции мордвы, чувашей, мари, удмуртов. На этом съезде Евсевьев предложил создать Мордовское культурно-просветительское общество, основной целью которого стало объединение интеллигентных и народных сил мордвы для подготовки к новой жизни. Он становится во главе этого общества.

Будучи уже известным ученым, Евсевьев едва не попал под жернова новой власти. В 1919 году он и группа его учеников были арестованы чекистами. Их взяли по ошибке, приняв за участников мятежа. Три месяца, проведенных в заключении, оказались самым тяжелым временем жизни Макара Евсевьевича. Впоследствии он старался не вспоминать о них. Но даже в тюрьме он пытался заниматься ликвидацией неграмотности сокамерников. Он и его студенты были освобождены после вмешательства научной общественности страны. С просьбой об освобождения М.Е.Евсевьева в ВЧК обращались руководители народного комиссариата просвещения А.А.Луначарский и Н.К.Крупская.

В двадцатые годы ХХ века начался новый этап в просветительской деятельности Макара Евсевьева. Он явился одним из первых организаторов национальной мордовской школы. В 1920 году, после закрытия семинарии, он организует в Казани трехгодичные мордовские учительские курсы и становится их первым директором. С открытием в 1921 году Казанской восточной академии, преобразованной позднее в Восточный педагогический институт, М. Е. Евсевьев избирается ее преподавателем, профессором, читает для будущих педагогов лекции по мордовскому языку и этнографии мордвы. С 1925 по 1930 год он преподавал мордовский язык, литературу, историю мордвы в Татарском коммунистическом университете и одновременно в Казанском педагогическом техникуме.

Кстати, труды ученого-энциклопедиста были отмечены и в советское время. В честь 50-летия научной деятельности в 1930 году было принято решение о присвоении ему одного из высших званий – Герой Труда. Но уже в следующем году Макара Евсевьевича уже не стало.

Наверное, символичен тот факт, что Мордовский государственный педагогический институт в Саранске носит имя Евсевьева, педагога, исследователя, этнографа и большого патриота своего народа. А ежегодная научно-практическая конференция педагогов республики называется «Евсевьевские чтения».

                                           ***

Надо отметить, что из-под пера Макара Евсевьевича Евсевьева вышло немалое количество научных трудов: монографий, образовательных изданий, учебников, словарей, переработанных образцов устного народного творчества, но хотелось бы еще раз остановиться на уже упомянутой «Мордовской свадьбе». Свадьба относится к древнейшим обрядам, сохранившим свою актуальность и по сей день. Многие исследователи сходятся в мысли, что в истории мировой фольклористики мордовская свадьба занимает особое место. Это не просто описание обряда, ритуала, а крупное фольклорное произведение с динамичным сюжетом. Эта тема привлекала ученых и писателей еще до Евсевьева. Но тех, как правило, привлекало    этнографическое изучение действа, а песенный материал (причитания невесты, песни свахи, подруг и т.д.), сопровождавший ритуал, интересовал меньше. Евсевьев изучал все с равным усердием. Конечно, основой «Мордовской свадьбы» ученый обязан своей матери. Но помимо этого, он неоднократно ездил в командировки в мордовские села (причем в разных уголках России) с целью побольше собрать материала о национальной свадьбе. Исследователи отмечают, что этим он занимался до конца своей жизни.

Очень интересны содержащиеся в книге «Примечания к описанию мордовской свадьбы», сделанные автором. Они дают ряд сведений из истории мордвы, ее быта, большинству неизвестных. К примеру: какой возраст для мордвы был приемлемым для вступления в брак. Определенного возраста для вступления в брак у мордвы не было. Но в основном, мордва женила своих сыновей очень рано: 8-10 летних мальчиков на 20-30-летних девицах. В народных песнях имеются указания на то, как грудных детей женили на взрослых женщинах. Объясняют это чисто экономической целью - привлечение в дом новой рабочей силы. Хотя иные исследователи усматривали в этом обычное снохачество. Многие мордовские девушки находили различные способы избежать подобной доли.

В отношении количества жен. С принятием православия у мордвина могла быть лишь одна жена. А в язычестве он мог иметь столько жен, сколько в состоянии был прокормить. Следует учесть, что в старое время мордва добывала себе жен путем похищения или покупки. Похищали обычно девушек из другой деревни, находящейся как можно дальше, чтобы легче было укрыться от погони и похищенная не смогла убежать.

Взгляд мордвы на целомудрие девушки Евсевьев объясняет по-своему, вступая в спор с другим исследователем Майновым, который утверждал: «Не беда, что девушка не смогла уберечь себя. Мордвин смотрит на деторождение, как на доброе подспорье по хозяйству. Девушка, которая увлеклась и родила, доказала этим, что не бездетна, а стыда в этом нет. В большинстве случаев мордвин ценит в девке именно ее крепкое сложение и ее способность к деторождению». Евсевьев же считал это клеветой на мордовскую девушку, случаи деторождения до замужества у мордвы были весьма редки. А если такое случалось, то накладывало позорное пятно не только на нее, но и на весь ее род.

Вот так-то.

Семен МИХАЙЛЕВИЧ

Количество показов: 1133
Загрузка...



Мордовия 24 online

Реклама

РетроФМ

Видео дня

Если бы сегодня состоялись выборы, за какую партию вы бы проголосовали?




Доска объявлений.jpg